Сербский журналист Стеван Дойчинович расследует преступность и коррупцию

АвторDavid Maas
Nov 11, 2019 в Расследовательская журналистика
Stevan Dojcinovic

Когда в 2015-м в Доминикане был арестован сербский наркобарон Дарко Сарич, на его прикроватной тумбочке обнаружили открытую посередине книгу "Сарич – как балканский картель покорил Европу". На записанной сербской полицией видеозаписи ареста камера приближается к книге, позволяя нам разглядеть имя автора Стевана Дойчиновича – журналиста-расследователя из балканской страны с населением в семь миллионов человек.

"Очень важно, чтобы люди знали об этом кокаиновом картеле, – сказал Дойчинович, получая Международную премию Найтов в журналистике (Knight International Journalism Award – 2019) на организованном ICFJ вечере и праздничном ужине по случаю вручения наград. – Эти люди находились в самом центре большой сети. Их действия объясняют многое – контрабанду наркотиков, отмывание денег, политические связи, коррупцию. Расследуя их деятельность, я смог замкнуть круг и точно объяснить, как работает организованная преступность".

Дойчинович пишет об организованной преступности и коррупции в Сербии уже больше десяти лет. Он основатель и главный редактор базирующегося в Белграде Журналистского объединения по исследованию преступности и коррупции (KRIK) и региональный редактор партнера ICFJ – Центра по исследованию коррупции и организованной преступности (OCCRP).

Впервые Дойчинович пришел в журналистику 20 лет назад, когда, будучи еще тинейджером, начал публиковать фэнзины для своих друзей, любителей панка. Потом он изучал журналистику в университете, а позже работал в подконтрольном государству СМИ. Однако это привело молодого репортера к разочарованию в профессии.

Он обратился к журналистским расследованиям, прочитав книгу об убийстве премьер-министра Сербии Зорана Джинджича. Вдохновленный лучшими примерами освещения в журналистике как самого этого дела, так и последовавшего за ним суда, Дойчинович начал искать тренинги по журналистским расследованиям.

Благодаря этим тренингам он стал журналистом-фрилансером и начал сотрудничать с OCCRP, а со временем, к концу двухтысячных, его роль в расследованиях этой организации становилась все более значимой. Он стал главным редактором Сербского центра расследовательской журналистики (CINS), а в 2015 году основал KRIK.

"Мы очень хорошо понимали, чего недостает журналистике в Сербии. Мы хотели создать медиа, посвященное только коррупции и организованной преступности, – сказал Дойчинович. – И предоставлять полную информацию по этой теме. Если вы интересуетесь коррупцией и организованной преступностью в Сербии, приходите на наш сайт – вы узнаете обо всех судебных процессах и отдельных делах, сможете прочитать ежедневные новости и журналистские расследования".

Хотя сеть KRIK ориентирована в основном на Сербию, около 10 процентов контента переводится на английский. Дойчинович подчеркивает важность такой стратегии – она помогает организации привлечь больше внимания к самым важным расследованиям.

"Так мы повышаем влияние нашей работы, и это очень важно, потому что все основные СМИ в Сербии контролируются правительством, – говорит он. – Если мы публикуем контент на английском языке и такие важные медиаорганизации, как New York Times, The Guardian или BuzzFeed, начинают о нем говорить, то тогда ситуация выходит из-под контроля [властей]. Английский помогает нам бороться с цензурой. Если у нас получается опубликовать материал на английском, он срабатывает и в нашей стране – государственные СМИ уже не могут остановить распространение этой информации".

Не удивительно, что в Сербии, которая заняла в этом году 90-е место в рейтинге свободы прессы, составленном организацией "Репортеры без границ" (это на 14 пунктов ниже, чем в прошлом году), такая работа приводит к угрозам и личным нападкам на Дойчиновича со стороны проправительственных сил.

"По большей части они не собираются причинить тебе физический вред, а хотят устроить только психологическую пытку. Они активно следят за тобой все время – фотографируют, прослушивают телефонные разговоры и сливают информацию желтой прессе", – объяснил Дойчинович, добавив, что многих репортеров все это приводит к постоянному стрессу и паранойе.

Даже в состоянии такого стресса, находясь под постоянным наблюдением, он продолжает проводить расследования коррупции и организованной преступности. Дойчинович предложил несколько советов для журналистов-расследователей, освещающих чувствительные темы и оказавшихся в похожей ситуации.

Steven Dojcinovic

1. Во-первых, журналистам нужно объединяться. Члены организованных преступных групп и коррумпированные политики давно работают вместе, и, по мнению Дойчиновича, пришла пора журналистам наверстать упущенное.

"Вместе вы сильнее и более эффективны, – сказал он. – Так сложилось исторически, что члены организованных преступных группировок держатся вместе, и сейчас мы все чаще видим, что авторитарные правители также связаны друг с другом. А журналисты все еще недостаточно эффективны в поиске нужных связей, тогда как все большие проекты: "Панамский архив", OCCRP – были созданы благодаря совместной работе".

2. Во-вторых, журналисты должны оставаться честными и придерживаться принципов, даже если они разочарованы тем, что их расследования и разоблачения не оказали должного влияния, – ни в коем случае не делайте из своей работы сенсацию.

"Оставайтесь верными своим стандартам, не следуйте примеру желтой прессы, – сказал он. – В конце концов, мы журналисты-расследователи, нам нельзя сбиваться с курса".

3. Наконец, мы не должны рассматривать журналистику расследования как коммерческую услугу. Для этой области было бы очень полезно, если бы ее признали общественной службой.

"Может быть, какие-то виды журналистики и могут быть коммерческими, но журналистика расследования, безусловно, не может принимать деньги. Она должна быть общественной службой – как, например, полиция, – сказал он. – Когда журналисты стремятся получить деньги, это отрицательно сказывается на их работе".

Самое главное для Дойчиновича – его миссия. Он уверен в важности работы, которую делает KRIK, – особенно в долгосрочной перспективе.

"Однажды, когда правительство поменяется, эти истории будут оказывать большое влияние. Мы брали интервью о коррупции у разных людей. Некоторые из них уже мертвы. У нас есть их интервью и документы, которые иначе были бы уничтожены, – сказал он. – Если бы мы не рассказали об этих историях, о них бы никто не знал. Эти свидетельства коррупции нужно сохранить. И они здесь".


Фотографии предоставлены Стеваном Дойчиновичем.