Как преследования журналистов отражаются на отрасли в целом

АвторCristiana Bedei
Jun 4, 2019 в Безопасность журналистов
Woman at window

Итальянская журналистка Аннализа Камилли знала, что журналисты могут подвергаться преследованиям и оскорблениям, но не думала, что это произойдет с ней, когда начинала писать о мигрантах.

"Мы думаем, что такие вещи происходят с журналистами, освещающими темы организованной преступности, войн и терроризма, но не с теми, кто пишет о мигрантах", – сказала она. Однако тема мигрантов, пытающихся пересечь Средиземное море, становилась все более политизированной, а это порождало рост антиимиграционной пропаганды по всей стране, и Камилли стала объектом нападок со стороны ультраправых троллей. Она начала получать массу женоненавистнических комментариев и оскорбительных обвинений в интернете, а также угрозы сексуального и физического насилия.  

Харрасмент усилился летом прошлого года, когда Камилли опубликовала материал с борта корабля Open Arms о спасении беженки, которую, вероятно, оставила в море так называемая ливийская береговая охрана. "На меня нападали не только в социальных сетях – я получала звонки и электронные письма с угрозами, – так она вспоминает об этом запугивании. – Они говорили, что я придумала эту историю, или что все, о чем я рассказала, не соответствует действительности, что мне нельзя доверять, а ведь доверие – самое важное для журналиста".

Особенно тяжело для Камилли было переносить телефонные звонки, раздававшиеся в любое время дня и ночи, – она до сих пор не знает, как тролли раздобыли ее телефонный номер. "Я перестала возвращаться домой в одиночестве – и постоянно оглядывалась, не идет ли за мной кто-нибудь", – вспоминает она.

Кто-то передал ее историю в Комитет по защите журналистов (CPJ) – независимую некоммерческую организацию, цель которой – защищать журналистов всего мира от нападений. Только тогда Камилли поняла, что ее история, к сожалению, отнюдь не исключение – особенно если говорить о харрасменте в отношении женщин журналистов.

В 2018 году исследование, проведенное организацией Amnesty International, обнаружило, что женщины, занимающиеся журналистикой и политикой, становятся объектами травли в Twitter каждые 30 секунд. В том же самом году совместное международное исследование, проведенное International Women’s Media Foundation и TrollBusters, обнаружило, что примерно одна треть журналисток рассматривает возможность отказаться от своей карьеры в этой области из-за атак и угроз в интернете.

Камилли была расстроена, ее беспокоила собственная безопасность, и ее первой реакцией было отказаться от использования социальных медиа и освещения темы беженцев. Но через несколько недель она вернулась к этой теме, а спустя некоторое время опубликовала книгу, посвященную историям беженцев.

"Мой подход к работе не изменился, просто теперь я лучше понимаю, что может произойти, – рассказывает она. – Я знаю, что меня могут атаковать, и когда я вижу, что волна харрасмента в отношении меня или моих коллег нарастает, то понимаю, что не нужно ее недооценивать".                                

Директор по работе с чрезвычайными ситуациями CPJ Мария Салазар Ферро отмечает, что харрасмент влияет на тех людей, против кого он направлен, но это также прямая атака на свободу прессы и независимость – попытка заглушить голоса, рассказывающие определенные истории.

Ниже приведены примеры вероятных и прямых негативных последствий, которые любой вид преследования журналистов оказывает на новостную индустрию по всему миру.

Важные истории могут так и остаться нерассказанными

Салазар Ферро напоминает, что быть объектом преследования очень тяжело и для журналистов, и для редакций. "Прямым следствием этого становится цензура – люди предпочитают не касаться определенных тем, опасаясь харрасмента, – говорит она. – Я разговаривала с людьми, которые признавались, что не освещают определенные темы или отказываются от историй, потому что боятся последствий".

Находящиеся у власти люди не несут ответственности за свои поступки

Предназначение журналистов – способствовать прозрачности и подотчетности. Поэтому они часто оказываются жертвами стратегий, стремящихся заставить их замолчать – особенно если журналистские материалы, преследующие интересы общества, угрожают интересам находящихся у власти или известных людей или разоблачают действия правительства.

Это происходит, например, на Филиппинах, где новостная организация Rappler, которую возглавляет удостоенная наград журналистка Мария Ресса, стала мишенью целой серии судебных исков со стороны авторитарного режима Дутерте.

Не все действия, цель которых – заставить журналистов замолчать, настолько же очевидны, но даже такие более скрытые попытки, как угроза инициировать судебный процесс (например, против фрилансера или гражданского журналиста, за спиной у которых нет крупных новостных организаций) или вмешаться в личную жизнь репортера, могут повлиять на усилия по поддержанию подотчетности журналистов на всех уровнях.

Это угрожает разнообразию в СМИ

Харрасмент может стать причиной того, что женщины оставляют области, традиционно занятые мужчинами, в результате чего аудитория слышит меньше женских голосов. "Мы точно знаем, что в журналистике женщины подвергаются преследованиям гораздо чаще, чем мужчины, – говорит Салазар Ферро. – И женщинам гораздо чаще остается освещать такие темы, как спорт. Да, я считаю, что харрасмент приводит к еще большему гендерному неравенству в редакциях.

Вполне вероятно, что подобный же механизм сказывается и на представителях других групп, работающих в редакциях, – например, представителях ЛГБТК и цветных журналистах. Как отметил Комитет по защите журналистов, освещение тем, связанных с ЛГБТК, навлекает на журналистов большой риск столкнуться с агрессией и репрессиями. Исследование, проведенное Amnesty International в 2018 году, показало, что цветные женщины подвергаются харрасменту в сети и упоминаются в твитах сомнительного содержания на 35 процентов чаще, чем белые женщины – а в случае чернокожих женщин эта разница взлетает до 84 процентов.

Все увеличивающийся уровень угрозы для журналистов – представителей меньшинств – будет препятствовать их вовлеченности в журналистику, что может сказаться на разнообразии в редакциях. Если это случится, то приведет к более серьезным проблемам и ограничениям во всей отрасли.


Источник фотографии Arif Riyanto, лицензия CC сайта Unsplash.