Как Энди Карвин использует Twitter для репортажей о Ближнем Востоке

АвторMohammad Al abdallah
Sep 9, 2011 в Цифровая журналистика

Во время вручения премии 7 сентября в Музее журналистики и новостей в Вашингтоне журналист National Public Radio (NPR) Энди Карвин рассказал, как он отслеживал твиты от Туниса до Египта, когда по всему Ближнему Востоку вспыхнули революции.

Карвин получил премию Knight-Batten в категории «Инновации в области журналистики» в Музее журналистики и новостей в Вашингтоне за новаторство в использовании Twitter в качестве инструмента для сбора информации. Большинство наград в этом году было присуждено проектам по журналистике данных, открытым источникам и социальным медиа.

Посмотреть полный список победителей можно здесь. (Премией управляет J-Lab, учреждена John S. and James L. Knight Foundation, который также поддерживает IJNet).

IJNet принял участие в симпозиуме Knight-Batten 2011 "Новые выходы к новостям и побеседовал с Карвиным после его выступления.

IJNet: Вы работаете на радио, так как же вы используете информацию, которую собираете с Тwitter?

ЭК: Я предоставляю информацию нашим журналистам с мест событий, желающим осветить тему, а они оттуда посылают мне видео и фотографии, чтобы я мог проверить их с помощью краудсорсинга в огромной сети пользователей по всему миру. Кроме того, мы используем некоторую информацию в эфире и на сайте NPR и говорим, что получили ее через социальные медиа.

IJNet: Но там же много людей. Как вы можете доверять информации, которую они посылают вам?

ЭК: Когда я налаживаю сеть в стране, я отслеживаю людей и активистов, которых я знаю в реальной жизни: отслеживаю их твиты, затем тех, кого отслеживают они и посылаю им сообщения напрямую, время от времени запрашивая о некоторых пользователях, являются ли они надежными источниками.

IJNet: Социальные медиа содержат и верную и недостоверную информацию. Кроме проверки источника информации, что вам помогает принять решение использовать ту или иную информацию?

ЭК: При мониторинге твитов большинства активистов Арабской революции я узнал, что большая часть неверной информации — это, в общем-то, преувеличенная информация, а полной лжи очень мало. Поэтому я не дублирую твиты тех, кого не знаю, а сохраняю в контексте "Может кто-нибудь подтвердить?"

IJNet: В каких арабских странах было труднее всего освещать события с точки зрения получения противоречивой информации?

ЭК: Я бы не сказал, что это была противоречивая информация; скорее, две версии истории. В большинстве арабских стран очень ограничено число проправительственных активистов в социальных медиа. Больше всего их в Бахрейне, поскольку у 90 процентов интернет-пользователей широкополосное подключение к интернету. В случае с Бахрейном я получал твиты, где говорилось одно, и такие, в которых говорилось совершенно противоположное. В других странах, таких как Египет, основной поток твитов был от протестующих.